«Людмила Скубко-Карпас. “Окно в Париж”: Живопись, графика»

  • Доступно для инвалидов
  • 11:00 - 19:00
    Кассы работают до 18:00
  • Дом русского зарубежья
    им. А.Солженицына
  • +7 (495) 137-84-08

С 16 марта по 9 апреля 2020 года приглашаем на выставку «Людмила Скубко-Карпас. “Окно в Париж”: Живопись, графика».

Замок Анри под Леможем. 1982

Вид из окна мансарды на Гар де лЭст. 1982

Русская церковь на улице Дарю в Париже. 1982

Парижский дворик .1995

Парижская крыша

Адвокат Анри 1982

Церковь Сакрекёр
Портрет Бернадэт, 1996

Анн, учительница в Париже, 1982

Вьетнамец, владелец «Оптики» в Париже 1982

Вязальщица Мишель, Париж 1982

Клод, врач из Парижа, 1982

Портрет Бернадэт, 1996

Мужской портрет, 1982

Преподавательница йоги,1982

Школьница Паскаль, Гренобль,1982

Элен, домохозяйка. Париж, 1982

Замок Анри под Леможем. 1982

Вид из окна мансарды на Гар де лЭст. 1982

Русская церковь на улице Дарю в Париже. 1982

Парижский дворик .1995

Парижская крыша

Адвокат Анри 1982

Церковь Сакрекёр
Портрет Бернадэт, 1996

Анн, учительница в Париже, 1982

Вьетнамец, владелец «Оптики» в Париже 1982

Вязальщица Мишель, Париж 1982

Клод, врач из Парижа, 1982

Портрет Бернадэт, 1996

Мужской портрет, 1982

Преподавательница йоги,1982

Школьница Паскаль, Гренобль,1982

Элен, домохозяйка. Париж, 1982

Творчество Людмилы Львовны Скубко-Карпас (урожд. Карпас, в замужестве Скубко; 1923–2012), пожалуй, наиболее точно характеризует понятие русского импрессионизма — здесь и русское классическое наследие, и московская школа живописи советского времени, и влияние французского импрессионизма.

Родилась 13 апреля 1923 года в Петрограде. С 1924 года всю жизнь прожила в Москве, за исключением трех лет эвакуации на Урале в годы войны (1941–1944) и семи лет жизни и работы во Франции (1990–1997).

Детство в семье арбатской интеллигенции было сравнительно благополучным, если не считать передававшейся и ребенку атмосферы ожидания ареста в годы Большого террора: отец художницы происходил «из бывших» (Лев Моисеевич был сыном крупного екатеринославского промышленника и мецената Моисея Карпаса). «Брали» друзей родителей, друзей детства Людмилы по арбатскому двору: люди исчезали, их расстреливали, гноили в лагерях. Как она потом вспоминала, каждую неделю по радио зачитывали огромные списки «врагов народа» и в конце: «Приговор приведен в исполнение!». Для самой семьи Людмилы Львовны все обошлось, но чемоданчик с вещами всегда стоял у отца наготове.

В 1930-е годы будущая художница, у которой рано обнаружился талант, училась в детских студиях при Училище памяти 1905 года и Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, в студии ВЦСПС у Г.К.Дорохова. В 1944 году, вернувшись из эвакуации, поступила в Московский институт декоративно-прикладного искусства. В 1947–1948 годах брала частные уроки у Роберта Фалька, «заразившего» ее академический реализм шармом французского импрессионизма. Перешла в МГХИ им. В.И.Сурикова, который окончила в 1952 году (мастерская академика Г. Ряжского). Член Московского союза художников (секция живописи) с 1957 года. После нищеты 1960-х (годы хрущевской «борьбы с излишествами») сравнительное благополучие в брежневскую эпоху: членство в творческом союзе, заказы, дома творчества, муж-художник Сергей Скубко (не было настоящей духовной и творческой близости, но каждый мог работать в своей мастерской), двое любимых сыновей…

Работала только с натуры. Любила и тонко чувствовала русскую природу, русскую культуру. Советскую власть не любила, но от всякой политики и идеологии была далека. Нашла свою нишу: детская тема, портреты современников. За почти восемь десятилетий творческой деятельности Людмила Львовна создала богатую галерею портретных образов, которые отличаются филигранным мастерством воплощения, тонким психологизмом, умением художника почувствовать и передать душевный и духовный мир человека.

Людмила Львовна больше всего ценила чувство, воздушность и верность цветовых решений. Но главное в искусстве: душа, способность художника воспринять и воспеть красоту и трагизм мироздания. В последние десятилетия много работала пастелью, реализовав в этой технике импрессионистские начала своего мастерства в богатейшей, но как бы размытой, подернутой легкой дымкой цветовой гамме городских и сельских пейзажей и целого моря цветов. Работы Л.Л.Скубко-Карпас отличают высокая художественная культура и безупречный вкус.

Жанровым приоритетом для Людмилы Львовны всегда был, конечно, портрет. Ее способность схватывать и передавать образ впечатляет, при этом она не только отражает характер и внутреннее состояние людей через портрет — она всегда как бы сочувствует портретируемым. Мы ощущаем к ним глубокую симпатию. Сопереживание становится главным содержанием работ художника. К числу особых творческих удач относятся детские портреты.

Помимо портретов, ее наследие содержит множество бытовых зарисовок, пейзажей, натюрмортов. Людмила Львовна принадлежит к разряду художников, чей талант и творческая честность становятся проводником в поэзию повседневности. Кроме того, она мастер пастельного рисунка: в этой технике ею созданы очень личные атмосферные работы, без резких контрастов, на полутонах.

Жизнь художника большей частью была связана с Москвой, с Арбатом и Масловкой, но в 1990-е годы Людмила Львовна покинула Москву и поселилась в Париже. Первая трехмесячная творческая поездка во Францию в 1982 году была очень успешной, ее результатом стал насыщенный творческий репортаж из десятков рисунков, серии пейзажей и портретов пастелью и маслом. Художник и арт-критик Лев Дьяконицын отмечал: «В портрете молодого рабочего из Гренобля (1982), написанного во время творческой поездки во Францию, восхищает легкое светлое касание карандаша. Зрительное любование проявляется в жесте художника. Бережно-воздушная трактовка… Передача светотени, кстати, в наши дни ушла в прошлое. У Людмилы Скубко-Карпас сохраняется живость и воздушность образа». Ее работы шли у французов на ура. Самые разные люди из самых разных слоев общества Парижа, Лиможа, Гренобля и маленькой деревушки Нотр-Дам-де-Комье просили их нарисовать, звали в гости, угощали, старались помочь. Трогала мягкость и доброжелательность французов, а ведь в частной поездке на сущие гроши эти многочисленные рисунки, все в двух экземплярах: один — модели, один — себе, служили своеобразной платой за перемещение по стране, питание, ночлег...

От сталинской эпохи у Людмилы Львовны на всю жизнь остался глубоко затаившийся страх. Он и «спружинил» в 1990-м, в канун новых потрясений, когда Людмила решала, куда хоть на время уехать из разваливающейся страны. При переезде в Париж в августе 1990-го, начавшемся с выставки в редакции «Русской мысли» при содействии Александра Гинзбурга, Людмилу Скубко-Карпас ждал успех у зрителей и коллекционеров, главным образом из среды русской эмиграции. Она участвовала в парижских Осенних салонах 1991 и 1993 годов. Много рисовала, писала маслом, работала пастелью.

Характерные особенности работ Людмилы Скубко-Карпас были прочувствованы и французами: критик Жан-Луи Бодоне (Jean-Louis Beaudonnet) пишет, что «через рисунок она показывает способность сочувствовать другим, что зритель, глядя на ее работы, становится партнером, приглашенным созерцать вещи в их обыденной простоте, вступая с ними в молчаливый диалог».

Из семи парижских лет активными были первые годы. Потом она долго болела — пересадка пожилого человека на чужую почву не прошла даром. Муж, с которым первоначально собирались переезжать вместе, так до Парижа и не доехал. Старший сын Юрий, который в 1990-м вывез Людмилу Львовну и помог устроить ее жизнь в Париже, засобирался обратно и предложил вместе вернуться в Москву. Возвращение в Россию в 1997 году дало художнице новые творческие силы еще на полтора десятилетия. В эмиграции обостряется ностальгия, центром русской жизни в добровольном или вынужденном изгнании почти всегда становится храм. В Париже в 1994 году Людмилу Скубко-Карпас крестил священник церкви в Сент-Женевьев-де-Буа отец Илья (Шмаин), тоже эмигрант, тоже вернувшийся через несколько лет в Россию.

На выставке в Доме русского зарубежья им. А.Солженицына представлены работы Людмилы Скубко-Карпас, выполненные во Франции в 1982 и 1990–1996 годах, — рисунки, портреты, городские и сельские пейзажи, а также несколько «нефранцузских» работ для лучшего представления о творческом наследии художника.

Жизнь в каждом своем мимолетном моменте, подхваченная карандашным наброском, пастельным рисунком или живописным полотном, приглашает нас в мир простых вещей, но в своей простоте столь драгоценных, что мы готовы снова и снова возвращаться к работам Людмилы Скубко-Карпас, чтобы еще раз прикоснуться к вневременному бытованию мира.