125 лет со дня рождения А.Н.Северского

5 июня 2019 года — 125 лет со дня рождения Александра Николаевича Северского (05.06.(24.05).1894,Тифлис, Россия – 24.05.1974, Нью-Йорк, США), летчика, изобретателя, авиаконструктора. Из семьи потомственных дворян. Даже далекие его предки были военными, и только отец, Николай Георгиевич, изменил этой традиции, став знаменитым в Петербурге певцом оперетты, режиссером и владельцем театра. Сценический псевдоним отца — Северский — станет впоследствии фамилией сына (с 1917 года, с приставкой «де»), а пока он носил двойную фамилию — Прокофьев-Северский. Отец все же решил дать сыну военное образование. Александр был зачислен в Морской кадетский корпус, после его окончания в звании юнкера во 2-м Балтийском экипаже плавал на канонерской лодке «Бобр». В декабре 1914 года он получил чин мичмана, а мечтал стать военным летчиком еще с юношеских лет, не без влияния отца, одного из первых летчиков-любителей. Среди знакомых семьи был будущий знаменитый авиаконструктор Игорь Иванович Сикорский. Именно с ним 16-летний Александр впервые поднялся в воздух на аэроплане: «Я был изумлен,.. и это изумление продолжалось все время моего полета. Это было захватывающее приключение, и я хотел, чтобы оно никогда не кончалось».

Летать Александр Прокофьев-Северский учился в Севастопольской офицерской школе авиации, на биплане «Фарман-IV». По природе своей он был человеком нетерпеливым и свободолюбивым, поэтому однажды за умышленное неисполнение приказа был отчислен… Доучиваться ему пришлось уже на Балтике, на станциях морской авиации. Сдав экзамен, Александр Николаевич получил звание «Морской летчик» (диплом № 337).

Летная служба его началась на базе гидросамолетов «Конкорд» (остров Эзель у входа в Рижский залив). Он выполнял разведывательные полеты на двухместной летающей лодке. В одном из таких полетов при посадке неожиданно взорвалась почти 5-килограммовая бомба, находящаяся на борту. Прокофьев-Северский был тяжело ранен, а механик, державший на коленях эту самую бомбу, погиб. Врачи хотели полностью ампутировать Александру Николаевичу изувеченную взрывом правую ногу, но вняв его просьбам, ограничились ампутацией ноги чуть ниже колена.

После операции он начал усиленно тренироваться ходить сначала на костылях, а потом без костылей, с деревянным протезом ноги. Сильная воля, вера в себя и отличная спортивная подготовка сделали невозможное: он не только летал, но и научился играть в гольф, кататься на коньках, танцевать, плавать, причем на большие расстояния.

В 1916 году Прокофьев-Северский служил на петроградском заводе 1-го Российского товарищества воздухоплавания наблюдателем за постройкой и испытанием гидросамолетов, предназначенных для авиации Балтийского моря. Вот тогда-то и напомнил о себе его конструкторский талант. Первые технические идеи были связаны с улучшением боевых качеств гидросамолетов. Он предлагал усилить вооружение «летающих лодок», поддерживал подвижную установку пулеметов, применение бронеплит для защиты экипажа.

Но изобретательская деятельность не могла заменить ему неба. Прокофьев-Северский был убежден, что он может и должен летать. Чтобы доказать свою состоятельность, он без разрешения выполнил полет на новом типе самолета: на летающей лодке М-9 он пролетел под самой серединой Николаевского моста, сумев не только вписаться между водой, настилом и опорами, но и удачно разминуться со встречным речным трамваем… Это было вопиющее нарушение, но… начальник Воздушных сил Балтфлота контр-адмирал А.И.Непенин не стал губить карьеру талантливого пилота. Он отправил доклад на Высочайшее имя, в котором подчеркивал необычайные мужество и силу воли Александра Николаевича, рассказав о его выдающемся летном таланте, а в конце деликатно спросив, нельзя ли дать ему Высочайшее разрешение на боевые полеты? Доклад вернулся с резолюцией царя: «Читал. Восхищен. Пусть летает. Николай».

Весной 1916 года, в составе большой группы «летающих лодок», Прокофьев-Северский отправился из Петрограда на фронт. За спасение командира в бою он был произведен в лейтенанты и получил от командующего флотом Балтийского моря почетное Георгиевское оружие — золотой кортик с надписью «За храбрость». Александр Николаевич долго хранил потом раскрашенную фотографию: он с рукой на черной косынке (легкое ранение), а рядом — Яшка (плюшевая обезьянка, его талисман, подаренный одной из родственниц), потрепанный во многих полетах. На груди обезьянки — картонная медаль на георгиевской ленте, а левая лапка тоже на косыночке. На обороте карточки было написано: «Мы воюем…»

«Если я вижу неприятеля, — говорил Прокофьев-Северский, — то ему меня уже не сбить… А первым я его увижу всегда». Его не сбили. Он упал сам. Вечером 1 октября, когда снаряды с немецких кораблей стали рваться на аэродроме, Александр Николаевич сумел подняться в воздух и взял курс на материк. Внезапно у самолета отказал мотор, он приземлился на занятой противником территории. Уничтожив самолет, предварительно сняв с него вооружение, с пулеметом, пешком, он отправился к своим и прошел на протезе более 30 км и не по ровной дороге, а по тропкам и проселкам.

С началом активной летной работы Александр Николаевич продолжал и конструкторскую деятельность. В перерывах между полетами он занимался усовершенствованием самолета, стараясь сделать его наиболее удобным для пилотирования. Зимой 1916–1917 годов он создал шасси для «летающих лодок» Григоровича, что позволило использовать гидроавиацию на Балтике и в зимние месяцы, когда вода замерзала.

К Октябрю 1917 года Александр Николаевич стал одним из самых известных летчиков в России. Он налетал 1600 часов, участвовал в 57 воздушных боях, одержал 13 побед (10 из которых считаются вероятными), имел множество боевых наград, в том числе почетное Золотое оружие и орден Святого Георгия. Был удостоен специальной награды за ценные изобретения в области морской авиации. Он обладал званием командующего истребительной авиацией Балтийского флота, имел должность технического консультанта при Адмиралтействе. А было ему тогда — 23 года!

В сентябре 1917 года Прокофьеву-Северскому предложили место помощника атташе по делам Военно-морского флота в русском посольстве в США. Тогда он отказался, оставшись по просьбе командования на фронте, но после захвата власти большевиками решил согласиться, чтобы покинуть страну. В Министерстве иностранных дел при получении загранпаспорта возникла проблема: поскольку его двойная фамилия не умещалась в положенные графы, ему предложили оставить одну из двух — либо «Прокофьев», либо «Северский». Александр Николаевич как дворянин не был согласен на такой вариант, они сошлись на компромиссе: так как паспорт был на французском языке, в нем записали «де Северский».

Под предлогом болезни, заручившись мандатом с подписью В.И.Ленина, он отправился по железной дороге через Сибирь в США. Протез сослужил ему службу еще и как тайник, в котором он вывез из России деньги и свои награды.

В США встреча с генералом Билли Митчеллом, будущим «крестным отцом» американских военно-воздушных сил, решила судьбу Северского. Генерал предложил ему место инженера-консультанта при Военном министерстве в Вашингтоне. Для развития и коммерческого использования своих идей в 1922 году Северский создал фирму «Seversky Aero Corp». Фирма работала успешно, было разработано несколько технических новинок, однако во время Великой депрессии разорилась. В 1925 году Александр Николаевич женился на американке Эвелин Оллифант, своей единомышленнице. Вначале она училась управлять самолетом втайне от мужа, потом — под его руководством. У Северских была собака, кокер-спаниель по кличке Водка, которую они по очереди брали с собой в небо.

В 1927 году Александр Николаевич получил американское гражданство, ему было присвоено звание майора ВВС США в запасе.

В феврале 1931 года он основал новую фирму «Seversky Aircraft Corp.», где являлся одновременно президентом, конструктором и летчиком-испытателем; главным инженером стал его земляк, авиаконструктор Александр Картвели. Среди их разработок такие самолеты, как SEV-3, P-35, 2PA и один из самых известных истребителей времен Второй мировой войны — P-47 «Thunderbolt». Северский продолжал сам испытывать и пилотировать самолеты. Он был первым среди американцев, кто пилотировал новейший (на то время) английский истребитель «Supermarine Spitfire».

Фирма разработала несколько новых моделей самолетов, но не была коммерчески успешной, и в 1939 году Северского без его ведома и в его отсутствие сняли с поста президента, а саму фирму преобразовали и переименовали в «Republic Aviation Company».

Вышедшая в 1942 году книга Александра Николаевича «Воздушная мощь — путь к победе» разошлась полумиллионным тиражом и стала одним из основных трудов по стратегии воздушного боя. К концу Второй мировой войны он был признанным авторитетом в делах военной стратегии и имел должность консультанта по военным делам при правительстве США. В 1945 году он был награжден медалью «За заслуги» — самой почетной наградой США, присуждаемой гражданским лицам. До конца своей жизни Александр Николаевич оставался консультантом ВВС США и лектором Авиационного университета, где обучались будущие командиры военно-воздушных подразделений. Он много ездил по стране, читал лекции, выступал в прессе, участвовал в конференциях. После смерти жены в 1967 году Северский основал корпорацию по разработке приборов для контроля за загрязнением окружающей среды, большинство из них были его собственным изобретением.

Скончался Александр Николаевич Северский 24 мая 1974 года и был похоронен в Нью-Йорке.

О Северском А.И.Куприн написал рассказ «Сашка и Яшка». Ему посвящены страницы в романе В.С.Пикуля «Моонзунд».

В.Р.Зубова