11 апреля 2022 года — 130 лет со дня рождения Ивана Созонтовича Лукаша (11.04(30.03).1892, Санкт-Петербург, Российская империя – 15.05.1940, Медон под Парижем, Франция), прозаика, поэта, драматурга, литературного критика, публициста, художника-иллюстратора. Из семьи отставного военного, ефрейтора лейб-гвардии Финляндского полка, ветерана Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Иван был младшим из семи детей. Детство его проходило при Академии художеств в Петербурге, где отец служил швейцаром и натурщиком, благодаря своим физическим данным. Говорили, что он позировал И.Репину, когда тот работал над картиной «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», именно его изобразил художник в виде казака с забинтованной головой. Ежегодно 5 февраля Созон Лукаш заказывал панихиду на Смоленское кладбище по погибшим сослуживцам и однажды рассказал сыну, как ему повезло в ночь на это самое 5 февраля 1880 года, когда он должен был заступить в караул в Зимнем дворце, но по семейным обстоятельствам на службе отсутствовал. А ночь была кровавой: народоволец Степан Халтурин взорвал динамитом столовую в Зимнем, желая уничтожить императора Александра II. Император тогда отсутствовал, а все, кто был в карауле, погибли…
Мать, имевшая крестьянские корни, была воспитанницей художника-мариниста Алексея Петровича Боголюбова. Как и супруг, она работала в Академии художеств, заведовала столовой.
Иван рос в творческой атмосфере, в окружении удивительных и талантливых людей. Д.С.Стеллецкий, например, слепил с него голову мальчика, которая хранится в музее Академии. Яркие краски, пейзажи, портреты и скульптуры были всегда рядом. Но увлекали его с детства совсем не они, а музыка, театр и литература. Он еще маленьким сочинял стихи. Учился Иван сначала в Ларинской гимназии на Васильевском острове (названа так в память купца П.Д.Ларина, на чьи деньги была построена и обустроена), затем в частной гимназии Л.Лентуловой (1909–1912). Еще в 1905–1907 годах, юношей, заинтересовался эсерами. Начитавшись книг Майн Рида, пытался сбежать в Америку. Увлекаясь сочинительством, через какое-то время примкнул к эгофутуристам. С помощью И.Северянина выпустил свою первую книжку стихов в прозе «Цветы ядовитые» (совсем как у Шарля Бодлера «Цветы зла» (Les fleurs du mal), да и все они — эти «исты» — вышли из французского декаданса). В 1912 году, учась на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета, Лукаш публиковал свои стихи в прозе в изданиях эгофутуристов «Оранжевая урна», «Петербургский глашатай», «Дачница», а в альманахе «Стеклянные цепи» — статьи о «поэзах» Северянина под псевдонимом Иван Оредеж.
Я славлю!
Закованные в железо и медь легионы императора Цезаря,ткань истлевших знамен старой гвардии,
артиллерийский снаряд,
свист пуль, дробящих черепа и вырывающих мясо,
я славлю.
Траурный гимн полунощной заутрени,
тихий звон шага под сводом собора,
запах ладана от риз парчовых,
молитвенно-шумные вздохи органа,
и трепетанье светлых хоругвей с женственным ликом Христа
славлю я.
Нож, с размаха разящий быка в дымном смраде
зал скотобойни — я славлю.
Тореадора, сорвавшего в агонии жемчуговое шитье своей куртки,
груду кровавых, подернутых паром, кишок на арене
и черного, с розовой пеной у рта, быка, быка,
несущего смерть на конце крученого рога —
я славлю…
<…>
Незадолго до Первой мировой войны Лукаш сотрудничал в газетах «Современное слово», «Речь» и в журнале «Огонек» как репортер. Когда началась война, он вступил добровольцем в Преображенский полк, но не воевал, находился в прифронтовых тыловых учреждениях (1915). Окончил университет с выпускным свидетельством, потому что экзамены помешал сдать революционный накал в стране (1916).
Горячо, от всего сердца, приветствовал Февраль 1917 года, воспевал его героев, в основном военных, в восторженных очерках в газете «Труд и воля» Временного комитета Государственной думы («Преображенцы», «Павловцы», «Волынцы», «Ночь на 28 февраля в Зимнем дворце» и другие), все его очерки также были изданы отдельными книжками. Однако очень скоро Иван Созонтович пришел в себя и понял, как обманулся, позже признавался, что ему стыдно до боли за восторги по поводу Февраля, и поддержал Корниловский мятеж.
Октябрь 1917 года он не принял совершенно и в 1918 году уехал из Петрограда в Киев, где вступил в ряды Добровольческой армии. Там же и женился первым браком на Елене Ивановне Кочетовой, но неудачно. Служил у генерала Деникина старшим унтер-офицером из вольноопределяющихся, сотрудничал в газетах «Юг России» и «Голос Таврии». Эвакуировался из Крыма с Русской армией генерала П.Н.Врангеля в ноябре 1920 года.
В эмиграции долго скитался по разным городам и весям: Константинополь, Галлиполи, Тырново, София, Вена, Прага, Рига, Берлин, а окончательно обосновался в Париже.
В Софии Лукаш печатался в газете «Свободная речь», в Берлине — в журнале «Русская мысль» и газете «Руль», сблизился тогда с Набоковым, был участником писательского содружества «Веретено», правда, недолго, вышел из него из-за царивших там сменовеховских настроений. Сочинил либретто пантомимы «Агасфер» на музыку М.Якобсона, балета «Лунный кавалер» на музыку А.Эйхмана и несколько скетчей для берлинского кабаре «Синяя птица» Я.Южного.
Ранние его произведения, безусловно, связаны с темой Гражданской войны и идеей Белого движения, только ее он считал способной привлечь русскую эмиграцию к делу возрождения родины. Этой Белой идеей пронизаны очерки «Голое поле. Книга о Галлиполи» (заметили игру слов в названии?). Следует признать, что Лукаш первым в русской литературе открыл тему Галлиполи, опубликовав очерки в Софии, в издательстве «Печатница Балкан» в 1922 году. Все свои книги Иван Созонтович иллюстрировал сам. Гражданской войне посвящены также повесть «Смерть» (1922), поэма «Дом усопших» (1922) и роман «Дьявол» (1922), этими произведениями Иван Созонтович заработал репутацию писателя-белогвардейца.
В 1925 году он переехал в Ригу, где редактировал (совместно с Н.Бережанским) газету «Слово» и публиковал очерки в журнале «Перезвоны», в которых отмечал, что «на хозяине-земледельце вырастет... российская национальная демократия и Российская мирная держава» (Перезвоны. 1925. № 2).
В 1926 году после развода женился вторым браком на пианистке Тамаре Львовне Унаньян, (отец ее был из армянских купцов Ростова-на-Дону), растил вместе с ней дочь Веру, родившуюся в Берлине.
В 1928 году Лукаш наконец переезжает в Париж, став постоянным сотрудником газеты «Возрождение», редактором которой в те годы был Ю.Ф.Семенов, регулярно выступает со статьями, очерками, рассказами, рецензиями, публикует отрывки из своих новых произведений.
Размышления о причинах 1917 года в России заставили писателя заглянуть в ее далекое прошлое. Так он начал писать на исторические темы. Его исторические рассказы печатались в разные годы в журналах «Сполохи», «Мир и искусство», «Перезвоны», в газете «Возрождение» и вошли в сборник «Сны Петра» (1931). Свое понимание русской истории Лукаш изложил в статье «Две России» (Руль. 1924. 9 сент.) и в предисловии к сборнику «Сны Петра»: «...Подбирая для сборника рассказы, написанные мною в разное время, мне показалось, что в них есть одна мысль, за которой я следовал несколько лет: мысль о том, что мое отечество было обречено на ту его судьбу, которая раскрылась на глазах нашего поколения. Между 1922 и 1927 годами, когда были написаны эти рассказы, вместе с той еще одна мысль вела меня: мысль о том, что Россия, восставшая в величестве и славе от мановения Петра, моя Россия и моих отцов-солдат, была невоплощенным до конца Сном Петра, полуявью и полувидением, сменой снов, движимых к горчайшему пробуждению. Невоплощенным Сном Петра и сошла Россия».
В 1930 году выходит его роман «Пожар Москвы», в котором он описывает трагический период русской истории от убийства императора Павла I до восстания декабристов.
В 1931 году Лукаш с семьей поселяется в Медоне (русские эмигранты в шутку называли его Медонским). Как вспоминал Н.В.Первушин, «Иван Созонтович был добрым, мягким человеком, горячим русским патриотом, влюбленным в культуру и быт императорской России. <…> На стенах его скромной квартиры висели литографии и гравюры героев Севастополя, русских императоров, фотографии писателей. На письменном столе лежал тяжелый стеклянный шар, на донышке его — раскрашенный вид Невского проспекта» [1]. Родной свой город Лукаш любил самозабвенно.
В 1933 году писатель с романом «Вьюга» принимает участие в международном конкурсе, организованном Академией общественного воспитания под патронажем Ватикана, условием которого было показать в произведении опасность психологии большевизма. Среди членов жюри от Великобритании был известный своим детективом — пастором Брауном Г.К.Честертон. Лукашу присуждается за роман одна из первых премий. Но Католическая церковь его исключила из призового листа, признав его произведения слишком православными и не соответствующими ее доктрине. Этот роман он опубликует 1936 году самостоятельно.
Большевиков Иван Созонтович бил наотмашь словом на протяжении всей своей жизни: «Они обещают нам завтра все, но власть над нашими душами и жизнями захватывают сегодня. А завтра и все никогда больше не наступают. Они хотят перестроить жизнь, но среди них нет ни одного, кто умел бы делать свое дело. Ни одного настоящего художника, ученого, дельного инженера, рабочего. Но они все знают, понимают, объясняют. Они совершенно сыты своим ничтожным духом и совершенно пошлы. Они гении пошлости с их Коммуной. И они не знают ни угрызений совести, ни раскаяния. Они оправдывают все свои злодейства. Сам праведный суд Божий не убедил бы их, что они виновны. Они пошлые мошенники во всех человеческих чувствах и мыслях. Они не мошенничают только в беспощадности своей власти и похоти. Сын Божий как будто не овладел грехом и тьмой мира, не победил смерти. Они хотят овладеть миром против Сына Божия, навсегда остановить жизнь и предать мир смерти навеки...» (из рассказа «Мятежник», 1939).
На страницах газеты «Возрождение» Лукаш выступал и как литературный критик. Писал о творчестве своих современников (А.Куприна, Б.Зайцева, Д.Мережковского и др.). Размышляя о сущности творчества, он подчеркивал, что истинное художество «всегда, вольно или невольно, ищет разгадки понимания духа бытия». Последние его романы — «Ветер Карпат» (1938) и «Бедная любовь Мусоргского» (1940) — были написаны уже тяжело больным человеком, в них писатель развивает тему рока, «музыки судьбы», влияющей непонятным образом на жизнь людей. Роман «Бедная любовь Мусоргского» считается критикой самым значительным его произведением, а судьба Мусоргского в романе как бы предсказывает трагическую судьбу русского народа в наступившем XX веке.
В 1940 году Б.Зайцев, призывая, в числе других, помочь больному Лукашу, так отозвался о его творчестве: «И.С.Лукаш несет в облике и писании своем широкое, теплое и доброе дыхание России. Сын настоящей российской литературы, вольной и бедной, вышедшей из самых высоких источников русского духа, — в изгнании независимо и непримиримо держит он свой путь» (И.С.Лукаш болен // Возрождение. 1940. 10 мая).
В эмиграции по-разному оценивали Лукаша как писателя. Например, А.Толстой считал, что его «талантливые вещи» «сильно портит политическая белогвардейская подкладка» (Известия. 1923. 8 мая), а И.Голенищев-Кутузов отмечал, что произведения Лукаша создают «свой мир, легенду о Российской империи», обладающую «магической силой оживлять русские сердца в муках сорокалетнего странствования» (Возрождение. 1932. 23 июня). И.Шмелев писал, что «все творчество Лукаша наполнено Россией, с ее славой, ее величием, ее движением в мире, ее страданием, неколебимой верой в грядущее воскресение ее. Ей отдает писатель весь пыл сердца, всю страстность писательского дара своего. Русский писатель — такая его природа! — всегда сознавал ответственность своего пути — служения человеку в понятии высоком, как бы священном. Ныне, вдали от родины, русский писатель раздвинул пределы обычного служения, и в его творчестве главное место заступает Россия, вся Россия, и дух, и быт ее, и все, что связано с ней… Так именно делает Лукаш — делал до сего дня, не мог не делать. Писатель выполняет должное назначение свое» (Возрождение. 1940. 10 мая). Набоков одной лишь фразой оценил творчество Лукаша (зато какой!): «Романы Лукаша написаны прекрасно. Стиль превосходен!» А Р.Гуль утверждал, что Лукаш как писатель остался «недооцененным» в эмиграции, ибо «всегда ходил “в правых”» (Новый журнал. 1979. № 134).
У Ивана Созонтовича был застарелый туберкулез, он его и погубил, хотя он долго лечился в туберкулезном санатории в Блиньи. 15 мая 1940 года писателя не стало, ему было всего лишь 48 лет. Похоронен на кладбище в Медоне.
И.С.Лукаш верил в возрождение своего Отечества, любил его безмерно: «Национальная катастрофа разразилась над нашими головами и над нашими душами. И лишь теперь, после крушения, после обвала, мы вполне испытали относительность того самодержавия, которое почиталось тогда чуть ли не единственным существом имперской власти, хотя такое самодержавие византийско-московского идеала было и враждебно, и чуждо империи Петра и всероссийской имперской нации. Мы испытали относительность всех форм власти, и теперь идет борьба не за формы будущей российской власти, не за монархию или республику, а за самое абсолютное существо власти — возродительницы России и российской нации в полном творчестве, в полной силе и в полном мире, за национальную власть восстановления в отечестве истинного Бога и истинной свободы, за власть России против власти революции… <…> Революцией разверзся рок над Россией. Революция заключила роковой круг российской истории, но не кончаются революциями истории великих народов и наций. “Две действительные силы, две истинные державы, — писал в 1855 году Тютчев, — Россия и революция сошлись лицом к лицу…” Россия и революция сошлись лицом к лицу. Но революция неминуемо несет в себе свое поражение. Россия победит» (Рок империи : очерк // Возрождение. 1928. 17 июля).
См. публикации И.С.Лукаша в каталоге библиотеки ДРЗ. https://elibrary.domrz.ru/absopac/app/webroot/index.php?url=/auteurs/view/1232/source:default
Источники:
1. Первушин Н.В. Немного об Иване Лукаше // Новый журнал. Нью-Йорк, 1988. № 172/173. С. 571–573.
2. Запевалов П.Н. Лукаш Иван Созонтович // Литераторы Санкт-Петербурга. XX век: Энциклопедический словарь : Электронное издание. Дата обращения: 08.04.2022. https://lavkapisateley.spb.ru/enciklopediya/
В.Р.Зубова