27 февраля 2026 года — 80 лет со дня кончины Василия Николаевича Болдырева (27.12.1872, Воронеж, Российская империя — 27.02.1946, Батл-Крик, штат Мичиган, США), физиолога, гастроэнтеролога, ученика И.П.Павлова. Из семьи воронежских купцов.
Окончив шесть классов классической гимназии, Василий Николаевич поступает вольноопределяющимся в пехотный полк и через год сдает экзамены в Чугуевское пехотное юнкерское училище. Не секрет, что до 1901 года, когда юнкерские училища подверглись основательной реформе, образовательный ценз для поступления в них был невысок. Поступающим необходимо было иметь за плечами 3–4 класса гимназии или реального училища и год службы в войсках. И Чугуевское юнкерское пехотное училище в этом отношении не было исключением. Прилежный, много читающий Болдырев сдал вступительные экзамены на отлично, проявив блестящие математические способности и знания. Ведь «смелость, бойкость и красноречие считались главными залогами успеха, — писал Василий Николаевич много лет спустя в своих воспоминаниях. — А так как большинство кандидатов были круглыми невеждами, удаленными из самых первых классов гимназий и других подобных учебных заведений, и кроме того большинство питало отвращение к книгам и ученью, то на экзаменах приходилось слышать такие бессмысленные и нелепые ответы, что и представить себе невозможно» (Цит. по.: [1]). Например, когда на экзамене по истории вольноопределяющиеся рассказывали, что «Петр Великий, заключив союз с Юлием Цезарем, взял приступом город Византию, сжег его до основания и прибил свой щит к вратам Царьграда», или что «Чингисхан, государь немецкой земли, предпринял крестовый поход против России, основал город Киев и привел весь русский народ к христианству». На экзамене по географии можно было услышать, что «Волга впадает в Великий океан, а Кавказские горы лежат около Петербурга». А на экзамене по русскому языку и словесности экзаменующиеся утверждали, что «Пушкин и Державин — современные нам писатели и благополучно проживают в Москве, а Гоголь — известный французский поэт, бывший неразлучным другом другого французского же поэта — Гете» [1].
Василий Николаевич горестно отмечал, что «в юнкерской среде господствовал не только консервативный дух, но царили явно ретроградные, крепостнические настроения. Упразднение всех наук и искусств, закрытие университетов и чуть не гимназий, возвращение к самой свирепой реакции времен императора Николая I огромное большинство нас приветствовало бы с явной и искренней радостью» (Цит. по.: [1]).
Когда зимой 1892 года Василий Болдырев, учащийся Чугуевского пехотного юнкерского училища, на рождественские каникулы приехал домой, с ним произошел несчастный случай, изменивший дальнейшую его жизнь и ее приоритеты.
«Кончились мои зимние каникулы, и я собирался возвращаться в училище. Укладывал свой дорожный багаж. У нас были гости, все чувствовали себя весело…
Собирая свои вещи, я принес маленький заряженный револьвер, выписанный когда-то дядей Иваном из Америки. Вдруг меня кто-то спешно позвал в общий кружок, где были мои сестры с матерью и некоторые знакомые. Тогда я положил на комод на минутку револьвер, бывший у меня в руках, сказав: “Господа, не трогайте револьвера, он заряжен”, и подошел к кружку, откуда кто-то меня позвал.
В ту же минуту раздался выстрел, и лампа (было часов 11 вечера) сразу погасла — ее пламя задуло потоком воздуха от выстрела. Мы все очутились в полной темноте и не знали, задет ли кто пулей, или нет…
Когда вновь зажгли огонь и увидали, что все стоят на ногах и лишь напуганы, то мы начали успокаиваться. Однако через несколько секунд кто-то заметил на полу кровавые пятна и увидел, что кровь бежала струей из моей опущенной левой руки.
Однако я не чувствовал ни боли, ни даже теплой крови. Подняв руку, я увидел, что из тыла кисти бежала алая струйка… Оказалось, что пуля застряла в пястных костях.
Тут же заметили, что сестра Варя держала в руках еще дымившийся револьвер. Она объяснила, что не слышала моего предупреждения и вошла в комнату позже. Так как она была довольно легкомысленна и избалована, да и молода (всего 20 лет), то не привыкла долго размышлять и сдерживать свои желания. Увидела револьвер и, не думая о последствиях, просто взяла его в руку и, вытянув, нажала на собачку. Конечно, тотчас же произошел выстрел, ранивший меня и переменивший всю мою дальнейшую жизненную дорогу…» (Цит. по.: [1]).
Рана осложнилась, кисть плохо работала. Однако, несмотря на выход из строя, юнкеру-отличнику не просто дали окончить училище, но еще и наградили за высокие успехи в учении первым училищным призом в размере 60 рублей. Сумма эта как раз и покрыла все расходы на лечение раненой руки, но до конца ее вылечить так и не удалось…
«Чувствуя себя инвалидом, неспособным к строевой службе, я решил уйти в отставку, хотя мое юнкерское училищное начальство усиленно советовало мне готовиться в одну из военных академий, пророча мне блестящую военную карьеру, — вспоминал Василий Николаевич. — Я терпеть не мог медицины, и меня прямо мутило при мысли, что я когда-либо окажусь в положении врача» (Цит. по.: [1]). Однако лечащий врач убедил Василия Болдырева поступить в Военно-медицинскую академию. Ведь, по словам доктора, Болдырев мог «избрать своей специальностью какую-либо теоретическую науку…»
И он последовал совету врача. Выйдя в запас в чине подпоручика, пройдя за девять месяцев 7-й и 8-й класс гимназии, чтобы получить аттестат зрелости, поступил в Военно-медицинскую академию в Санкт-Петербурге. Во время учебы проявлял большой интерес к медико-биологическим проблемам, славился ораторским искусством и был старостой курса. Дальнейшую его судьбу решила встреча с профессором И.П.Павловым. Начиная с 3-го курса он активно участвовал в опытах, проводимых под руководством И.П.Павлова, блестяще овладев техникой хирургических операций на собаках и методами проведения сложных физиологических экспериментов.
Через пять лет, в 1898 году, окончив Академию с отличием, Болдырев начал службу земским врачом в Закавказье.
В 1901 году Василий Николаевич, вернувшись в Петербург, поступил на работу в Факультетскую терапевтическую клинику Женского медицинского института. В том же году он был приглашен Иваном Петровичем Павловым в физиологический отдел Института экспериментальной медицины (ИЭМ), где с 1902 по 1905 год под его руководством провел серию исследований в области физиологии пищеварения. В 1904 году за исследование функций главных пищеварительных желез Павлов стал первым российским Нобелевским лауреатом, а В.Н.Болдырев получил степень доктора медицины за исследования и экспериментальные доказательства ранее открытого Павловым «феномена автоматической (периодической) активности пищеварительного тракта». Кроме того, в своей докторской диссертации, посвященной этой теме, Болдырев впервые описал явление «забрасывания» в желудок содержимого двенадцатиперстной кишки и показал его значение для деятельности желудка и кишечника.
Работая в ИЭМ, Василий Николаевич сотрудничал с отделением по изготовлению противодифтерийной сыворотки и пастеровским отделением института и в 1904 году был премирован за работу по борьбе с дифтерией и стрептококковыми заболеваниями.
Параллельно Василий Николаевич вел исследования, посвященные вопросу формирования условных рефлексов на искусственные раздражители: звук, запах, свет, температурные воздействия. Он доказал, например, что стимуляция различных точек кожи животного может приобрести условно сигнальное значение и вызвать рефлекторное слюноотделение и другие пищеварительные реакции. За исследование «Психическое возбуждение слюнных желез» Болдырев был награжден в 1905 году премией И.Павлова, которая выдавалась Обществом русских врачей Петербурга за лучшие труды в области физиологии.
С 1905 года Болдырев — прозектор, а с 1907 года — приват-доцент кафедры физиологии Военно-медицинской академии, с января того года начал читать курс физиологии на Стебутовских высших женских сельскохозяйственных курсах.
Василий Николаевич часто выезжал в научные командировки за границу — в Брюссель, Краков, Париж, Берлин. В 1906–1907 годах вместе с Б.Бабкиным и Е.Генике работал в лаборатории известного нобелевского лауреата Эмиля Фишера в Берлине, где исследовал биохимические особенности пищеварительных ферментов, их состав и свойства. За эти годы Василий Николаевич стал ведущим сотрудником кафедры физиологии в Военно-медицинской академии и нес всю тяжесть организационной работы на кафедре. Блестяще владея техникой физиологического эксперимента и хирургических операций на животных, он охотно обучал им молодых сотрудников и врачей, выполнявших научные исследования на кафедре. Американский гастроэнтеролог Д.Г.Келлог, посетивший в 1907 году лабораторию И.П.Павлова, был восхищен утонченной техникой операций, тщательным соблюдением правил асептики и антисептики, вниманием к оперированным животным, которого он не наблюдал в медицинских учреждениях других стран.
В феврале 1912 года Болдырев был избран профессором кафедры фармакологии Казанского университета. В это время круг его научных интересов расширился за счет изучения токсикологии и фармакологии. Он издал в Казани «Краткое пособие для практических занятий студентов по фармакологии» (1913) и «Программу по фармакологии» (1915), а в «Казанском медицинском журнале» выходили его статьи, посвященные механизму действия лекарств. Болдырев изучал и эндокринную функцию панкреатической железы (в норме и при некоторых патологических состояниях).
Когда началась Первая мировая война, Болдырев перешел на службу в Красный Крест в качестве консультанта по защите от отравляющих газов. Как старший врач военно-санитарного поезда объезжал фронты действующей армии. Лично обучал офицеров и солдат мерам защиты и первой помощи при отравлении. Книги Болдырева о защите от удушливых газов с грифом «секретно» неоднократно переиздавались.
В 1916–1917 годах по линии Красного Креста он был командирован во Францию и Великобританию. В 1918 году возвратился в Россию, но ненадолго. Оценив сложившуюся ситуацию в стране в декабре 1918 года, Болдырев с женой, тремя сыновьями и дочерью навсегда покинул родину, выехав в Японию, где в университетах Токио, Киото, Осаки читал лекции по физиологии пищеварения.
А через три года переехал в США (1922), где до 1940 года возглавлял Павловскую лабораторию, созданную при «Санатории доктора Келлога» в Батл-Крике (штат Мичиган). Работая в США, Василий Николаевич продолжал исследования по гастроэнтерологии и эндокринологии панкреатической железы, публиковал большие обзоры по важнейшим направлениям физиологии пищеварения в ведущих физиологических изданиях США и других стран мира.
Находясь в эмиграции, он поддерживал тесную связь с академиком Павловым и его сотрудниками, а также со своими однокашниками по Чугуевскому юнкерскому училищу — эмигрантами, создавшими в Югославии Объединение бывших юнкеров и преподавателей училища. В 1932 году Василий Николаевич даже посетил Белград, где участвовал в собрании Объединения, на котором был единогласно избран почетным членом организации. По просьбе однокашников Болдырев написал воспоминания о своей учебе в Чугуеве. Их рукопись нашел в Государственном архиве Российской Федерации редактор интернет-издания «Правмир» Артем Левченко. А вот сделанное в Белграде общее памятное фото найти ему пока что не удалось…
Скончался Василий Николаевич Болдырев 27 февраля 1946 года в Батл-Крике, там же и похоронен. Журнал Gastroentorology (1946, № 6) опубликовал посвященный ему некролог.
Его сын, Алексей Болдырев, пошел по стопам отца и стал выдающимся ученым в области химии, математики и инженерных наук. Науке посвятили себя и его внуки.
Источники:
1. Левченко А. Его Величество несчастный случай // LiveInternet.ru : портал ведения блогов. Дата публикации: 12.02.2012. Дата обращения: 25.02.2026.
2. Студенцова И.А., Романова Е.Б. Профессор Василий Николаевич Болдырев — заведующий кафедрой фармакологии Казанского университета // Казанский медицинский журнал. 1999. Т. 80. № 2. C. 145–149.
3. Ульянкина Т. Болдырев Василий Николаевич, физиолог, гастроэнтеролог // Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть ХХ века: Эницклопедический биографический словарь. М.: РОССПЭН, 1997. С. 97–98.
В.Р.Зубова