20 июля 2026 года — 135 лет со дня рождения Ивана Ивановича Гапановича (20(08).07.1891, Санкт-Петербург, Российская империя — 21.01.1983, Сидней, Австралия), ученого-энциклопедиста, историка, историографа, этнографа коренных народов Дальнего Востока. Из семьи Ивана Ивановича и Веры Федоровны Гапановичей. Отец, выходец из Литвы и католик по вере, занимал пост столоначальника Санкт-Петербургского полицейского губернского управления и имел чин коллежского секретаря. В семье росли, помимо Ивана, еще двое детей — Евгения и Василий.
Иван с детских лет проявлял заметный интерес к истории, гимназистом зачитывался Вальтером Скоттом, знал почти наизусть лекции В.О.Ключевского. Обучался он в Восьмой петербургской гимназии, известной своими выпускниками: востоковедом В.В.Бартольдом, поэтом М.А.Кузминым, писателем М.М.Зощенко… Окончив гимназию в мае 1909 года с золотой медалью, Иван Гапанович поступил на историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета. Тогда факультет славился выдающимися профессорами: Д.В.Айналовым, А.А.Васильевым, И.М.Гревсом, Н.И.Кареевым, Л.П.Карсавиным, Н.О.Лосским, С.Ф.Платоновым, М.И.Ростовцевым, Е.В.Тарле, Б.А.Тураевым, Н.В.Ястребовым, лекции которых Гапановичу посчастливилось посещать.
Среди предложенных студентам иностранных языков по выбору, Иван Иванович остановился на испанском не случайно, так как в то время в петербургском обществе наблюдался небывалый интерес к испанской культуре. В Старинном театре пьесы Лопе де Вега и Кальдерона шли всегда с аншлагом, в Эрмитаже картины Веласкеса и Мурильо привлекали толпы посетителей, а романы поздних испанских писателей-реалистов Бенито Переса Гальдоса, Хуана Валеры, Эмилии Пардо Басан, Висенте Бласко Ибаньеса и других были нарасхват.
Самыми любимыми лекциями студента Гапановича были лекции А.С.Лаппо-Данилевского по методологии истории, и с тех пор интерес к теории и методологии истории, историографии оставался для него главным в исследовательских работах. Гапанович считал, что идеи А.С.Лаппо-Данилевского во многом опережали развитие российской науки начала ХХ века, но так и не были по-настоящему оценены современниками.
Помимо изучения истории и иностранных языков, Иван Иванович интересовался общественными науками — политической экономией, теорией права и др., он даже обратился в Министерство народного просвещения с просьбой разрешить посещать занятия на юридическом факультете. И уже весной 1914 года слушал лекции М.А.Дьяконова, Л.И.Петражицкого, М.А.Рейснера, М.И.Туган-Барановского, однако завершить юридическое образование не успел из-за пришедшей Первой мировой войны.
С началом войны Иван Гапанович поступил в армию, а после окончания ускоренных военных курсов в Ораниенбауме, получив младший офицерский чин — прапорщик армейской пехоты, был направлен весной 1915 года в Польшу, где стал свидетелем вынужденного отступления русских. В начале 1916 года Гапанович был переведен в Свеаборг, но уже весной оказался на юге России, где участвовал в Брусиловском прорыве и был произведен в ротные командиры. Во время боев он геройствовал, за что был удостоен высоких военных наград. В августе 1916 года Девятая армия, в которой сражался Иван Иванович, вступила в Румынию, там он и встретил Февральскую революцию. В декабре 1917 года на Румынском фронте было подписано перемирие, армия была демобилизована, и Гапанович вернулся в Петроград.
«После демобилизации армии в 1918 году я уехал в Сибирь, где еще не утвердилась власть советов и жизнь, по слухам, была легче, чем в голодном Петрограде. В Сибири, не задерживаясь на Дальнем Востоке, я отправился на Дальний Север, куда надо было плыть семь дней пароходом» ([1]. С. 132).
Поселился Гапанович на Камчатке и активно включился в общественную жизнь в провозглашенной в 1920 году Дальневосточной республике. По его собственному признанию, в тот момент он разделял веру «в возможность “третьего пути” для русской революции», и пытался способствовать его осуществлению. В том же 1920 году администрация Камчатки поручила Гапановичу во время поездок по полуострову сообщать местному населению о ситуации на материке, принимать жалобы и доставлять продовольствие. И Гапанович для первой своей поездки выбрал север полуострова. О своих впечатлениях о ситуации на севере он писал: «Обстановка на Камчатке была сложной: хотя здесь не было японской интервенции, как на Д[альнем] В[остоке], все же в Петропавловской гавани стоял крейсер, готовый защищать японские интересы; возник туземный национализм среди якутов в Охотске и камчадалов на полуострове, где даже говорили об изгнании русских. В самом Петропавловске более отчетливо выделилась правая группа, надеявшаяся на возврат к старому, и левая с симпатиями к советскому режиму.
При таких условиях необходимо было соблюдать особую осторожность, чтобы не вовлечь Камчатку в международные осложнения, и, разделяя демократическую программу, сосредоточиться на внутренних делах: местная администрация, северная торговля, культурные нужды, положение кочующих» ([1]. С. 141).
Покинув Камчатку, Гапанович отправился во Владивосток и прибыл туда в разгар череды политических событий, развивавшихся так стремительно, что невозможно было проследить, кто в данный момент находился у власти.
«Ближайшим к Камчатке центром на материке был Владивосток, раскинувшийся на горах, прямо на берегу океана, по соседству с Китаем и Японией. В городе я увидел множество китайцев-рабочих и торговцев, продававших товары, от которых мы уже отвыкли в России. Соседство с Японией было не столь приятно; в гавани находился японский броненосец “Асахи” (бывший русский “Орел”), а в разных пунктах города стояли караулы японской морской пехоты. В первый раз я мог видеть на территории России иностранную военную силу, да еще в командной роли» ([1]. С. 132–133).
Понимая, что о Камчатке разговаривать тогда было не с кем, Гапанович сворачивает общественно-политическую деятельность и занимается научными исследованиями. После окончания Гражданской войны Иван Иванович, решив стать предпринимателем, организовал в 1923 году предприятие на Нижнем Амуре для снабжения заброшенных приисков. Когда же нэп закончился, остановилось и предприятие Гапановича, и он возвращается во Владивосток, чтобы продолжить научные изыскания. Прежде всего он поступил на работу в Краеведческий научно-исследовательский институт, который входил в Государственный Дальневосточный университет, где читал лекции и занимался антропологией коренных народностей. Он также стал частым гостем во Владивостокском отделе Русского географического общества (Общество изучения Амурского края), собирая информацию о северо-востоке России в библиотеке Общества, богатой различными печатными источниками по этой тематике. К этому времени Иван Иванович смог наладить дружеские связи с известным русским путешественником, географом, этнографом, писателем, исследователем Дальнего Востока В.К.Арсеньевым, неоднократно встречался с библиографом З.Н.Матвеевым. С ними и другими исследователями Гапанович охотно обсуждал свои научные идеи. Тогда же он публикует работы, посвященные экономическому положению на северо-востоке России.
Однако политическая ситуация на Дальнем Востоке по-прежнему оставалась напряженной. Предчувствуя будущие репрессии (ему как бывшему царскому офицеру приходилось еженедельно отмечаться во владивостокском отделении ОГПУ), в 1926 году Гапанович покидает Россию и перебирается в Китай.
Некоторое время Иван Иванович проживал в Харбине, где стал членом Общества русских ориенталистов. На заседаниях Общества выступал с сообщениями о жизни коренных народностей русского Дальнего Востока, публиковал статьи в «Экономическом бюллетене» и в «Вестнике Маньчжурии». Занимаясь вопросами этнографии и антропологии, Гапанович проводил немало времени и в музее Общества изучения Маньчжурского края.
Однако в Харбине он пребывал недолго, перебрался в Шанхай, о посещении которого мечтал с первых лет жизни на Дальнем Востоке. Благодаря поддержке директора Французского муниципального колледжа Шарля Гробуа, слывшего «самым искренним другом русских эмигрантов в Шанхае», он получил должность преподавателя иностранных языков. Колледж был популярен в русской среде Шанхая, потому что его учебные программы во многом были схожи с дореволюционными.
В те годы научные интересы Гапановича были сосредоточены на изучении феномена европейского колониализма и его влияния на развитие Азиатско-Тихоокеанского региона. Богатейший исследовательский материал Гапанович нашел на Филиппинских островах, куда переехал из Шанхая в 1928 году. Вот тут и пригодился ему испанский язык, который он изучал студентом. Гапанович попытался проанализировать глубокие социальные изменения в жизни филиппинского общества, вызванные европейской колонизацией, и пришел к выводу, что одним из главных последствий многовекового испанского господства стало формирование слоя метисов, которые в конечном итоге и свергли колонизаторов.
Проживая в Маниле, Иван Иванович вращался, в основном, в среде русской эмигрантской общины. Однако, не найдя там работы по своим интересам, в 1930 году он вернулся в Шанхай.
В 1931 году Гапанович был приглашен на должность профессора истории в Государственный университет Цинхуа в Пекине, где преподавал почти 20 лет древнюю и русскую историю. Вот тогда-то он написал несколько фундаментальных трудов об историческом синтезе. Эти труды, включая работу о палеоазиатах, готовую к печати, погибли во время войны.
Условия жизни для преподавателей были в Пекине тогда превосходными: русский профессор быстро обзавелся собственным домом с солидной библиотекой, роялем и прислугой.
В 1935 году Гапанович женился на медсестре из госпиталя в Тяньцзине, куда он попал, заболев. Людмила Всеволодовна Римская-Корсакова (урожденная Бейер) стала его спутницей жизни, ее четырехлетнюю дочь от первого брака Светлану Иван Гапанович удочерил и в дальнейшем проявлял себя заботливым отцом, занимаясь с ней русским языком, историей и литературой, читал ей русских классиков, особенно Л.Н.Толстого и А.П.Чехова. Очевидно, характер и интересы приемного отца повлияли на Светлану, да так, что впоследствии она стала крупным ученым-этнологом.
Именно на конец 1920-х и 1930-е годы пришелся расцвет научной деятельности Гапановича. Он активно публикует свои исследования в эмигрантской и китайской периодике: работы о камчатских коряках, статьи о проблемах заселения американского континента, русской экспансии в Маньчжурии и Приамурье, этнографии тунгусов и негидальцев и т.д. В 1933–1934 годах Гапанович издал в Пекине одну из главных своих работ — двухтомную монографию «Россия в Северо-Восточной Азии», а в 1935 году была опубликована там же его монография на английском языке «Русская историография за пределами России: введение в российскую историю».
Продолжая интересоваться этнографией Дальнего Востока, Гапанович совершает путешествия во Внутреннюю Монголию, Западный Китай и на Шаньдунский полуостров. Он всегда с большим вниманием следил за деятельностью своих коллег, особенно за результатами полевых исследований на Дальнем Востоке и в Центральной Азии. Причем это внимание не ограничивалось археологией и этнографией, а учитывало и достижения гуманитарных, социальных и естественных наук.
С началом японо-китайской войны в 1937 году университет был эвакуирован в город Чанша вместе с сотрудниками. А семью ученого не успели вывезти, и жена и приемная дочь оказались под домашним арестом в маленькой комнатке в Пекине под пристальным взором грозного японского офицера. Тогда японцы сожгли все книги из библиотеки Гапановича. Но как-то жене удалось достать фальшивый паспорт и она с дочерью бежала сначала в Тяньцзинь, потом на лодке последовательно в Циндао, Гонконг и, наконец, во Французский Индокитай. А там уже на поезде они смогли доехать до провинции Юньнань, где и встретились с И.И.Гапановичем.
Вскоре началась Вторая мировая война, после окончания которой Гапанович очутился в Чунцине, откуда отправился в Пекин. Университет, во время войны служивший госпиталем, не пострадал и возвращался к прежней жизни, а Гапанович в качестве профессора истории продолжал свою деятельность сначала снова в Университете Цинхуа, затем в Пекинском университете. Его приемная дочь Светлана в 1948 году поступила в Фучженский католический университет, где изучала этнологию. В 1952 году она была приглашена на работу в Австралию и покинула Китай, к тому времени ставший просоветским. Поэтому, получив приглашение от дочери, Гапановичи с большой радостью переехали в Австралию.
Поселившись в Канберре, Иван Иванович в 1955 году устроился преподавателем русского языка в университетском колледже. В 1956 году стал гражданином Австралии. В 1960 году колледж вошел в состав Австралийского национального университета, и Гапанович, проработав там до 1964 года, выйдя в отставку, поселился в Сиднее, где читал лекции в университете Нового Южного Уэльса.
За годы жизни в Австралии ученым было опубликовано около тридцати научных работ, кроме того, он регулярно печатал исторические обзоры на страницах газеты «Единение», но главной для него все же была педагогическая работа. Он получил известность как талантливый преподаватель и написал учебное пособие для австралийских студентов «Очерк древней русской литературы» (1953).
Тогда же он стал работать над своими воспоминаниями, публикуя отрывки из них в «Новом журнале»: «Бурный период моей жизни пришел к концу, — писал он. — После 1922 года я потерял связь с Камчаткой, а позже и с Россией вообще, когда ушел в эмиграцию и поселился в Шанхае, как многие русские из Владивостока. Большая часть лиц, которые упоминаются в моем рассказе, умерли насильственной смертью… Поэтому я и решил отметить эти события, которые иначе были бы забыты; по той причине я старался быть сдержан, рассказывая о людях, которых нет в живых. Что же я могу сказать о себе самом? У меня была вера, которую я разделял со всей русской демократической интеллигенцией, вера в возможность “третьего пути” для русской революции. Вера эта не оправдалась в самой России, и тем более это было невозможно на далекой Камчатке. Для меня лично следом, оставшимся от четырехлетней там жизни, осталась книга, в которой я описал колонизацию Камчатки в прошлом и состояние ее в мое время» ([1]. С. 145).
Скончался Иван Иванович Гапанович 27 января 1983 года в Сиднее. Похоронен на кладбище Гунгалин в Канберре.
Многие ценнейшие работы этого ученого-энциклопедиста выходили не на родине, а в эмиграции и находятся в архивах Китая, США и Австралии.
Источники:
1. Гапанович И. Революция на Севере: Охотско-Камчатский край в 1917–1922 гг. // Новый журнал. Кн. 89. 1967. С. 132–145.
2. Ковалев М.В. От Петербурга до Канберры: жизнь и научные труды профессора И.И.Гапановича // Acta Slavica Iaponica. 2014. T. 34. Р. 69‒93.
2 Хисамутдинов А.А. Иван Гапанович — исследователь Северо-Востока России // Россия и АТР. 2000. № 1. С. 140–145.
В.Р.Зубова