15 сентября 2026 года — 150 лет со дня рождения Сергея Григорьевича Вилинского (15(03).09.1876, Кишинев, Российская империя — 15.01.1950, Прага, Чехословакия), филолога-слависта, медиевиста, историка литературы, педагога.
Из семьи Григория Григорьевича Вилинского, коллежского секретаря (гражданский чин X класса в Табели о рангах), служившего в Бессарабском коммерческом суде помощником секретаря. Вилинские принадлежали к потомственному сословию обер-офицерских детей (детей младших офицеров и гражданских чиновников, еще не получивших личного или потомственного дворянства). Продвигаясь по службе, Григорий Григорьевич дорос до чинов, соответствовавших военному званию штаб-офицера (отсюда некоторые источники пишут «из семьи штаб-офицера»), но Г.Г.Вилинский не был военным. Мать, Надежда Андреевна, полностью посвятила себя дому и детям, ведь в семье рос еще и младший сын, Григорий, родившийся в 1882 году. Так что детство братьев проходило в классической чиновничьей среде.
Начальное образование Сергей Вилинский получал дома: учился бегло читать, писать, освоил основы школьных наук. В 1884 году, в возрасте восьми лет, его зачислили на младшее отделение приготовительного класса 1-й Кишиневской мужской гимназии, старейшего учебного заведения Бессарабии с гуманитарным уклоном. Учился Сергей Вилинский легко, уже тогда проявляя заметные склонности к филологии, истории и языкам. В 1895 году, окончив гимназию с золотой медалью, он отправился в Санкт-Петербург поступать в Императорский Историко-филологический институт.
Став студентом, понял, что ему предстоит учиться в очень специфическом, закрытом, полувоенизированном учебном заведении с узкой специализацией, так как институт готовил исключительно преподавателей классических языков (латыни и греческого) для гимназий, а Сергею Вилинскому хотелось заниматься филологическими изысканиями, историко-литературными исследованиями. Ориентация на зубрежку древних языков и жесткая дисциплина, конечно, его тяготили. К тому же добавилась и вторая не менее серьезная проблема: плохой, сырой климат Петербурга. Он стал часто болеть. Поэтому, проучившись год, Вилинский твердо решил перевестись поближе к дому, в Одессу, ведь она находилась совсем рядом с Кишиневым.
В сентябре 1896 года Сергей Григорьевич подал прошение о зачислении его на историко-филологический факультет Императорского Новороссийского университета в Одессе, созданного на базе Ришельевского лицея. Прошение было удовлетворено, и Вилинский стал студентом славяно-русского отделения, где тогда царила атмосфера полной свободы для научного творчества.
В 1900 году, после окончания университета с дипломом 1-й степени, Сергей Вилинский был оставлен по кафедре русского языка и словесности для приготовления к профессорскому званию. Готовясь к магистерскому экзамену, Сергей Григорьевич штудировал внушительный объем различной литературы, ведь, чтобы его сдать, требовалось не только свободное владение, но и текстологический анализ древнегреческого, латыни, старославянского и нескольких живых славянских языков, а также полный курс истории русской литературы (от древнейших летописей до XIX века), сравнительное славянское языкознание и история всеобщей литературы…
Экзаменационные сессии проходили в 1903–1904 годах, и Вилинский выдержал их блестяще, что дало ему право прочитать две пробные лекции: одну — «Поучение Владимира Мономаха» (по собственному выбору), и вторую — «Литературная деятельность старца Артемия XVI в.» (по назначению). 8 мая 1904 года он был принят в университет приват-доцентом по кафедре русского языка и словесности и уже 1 сентября того же года читал вступительную лекцию «О современных задачах исторического изучения древнерусской литературы».
Тему же для магистерской диссертации «Послания старца Артемия (XVI века)» Вилинскому подсказали его наставники — профессора Б.М.Ляпунов и В.М.Истрин. И он взялся за исследование этого загадочного памятника — наследия старца Артемия, бывшего игумена Троице-Сергиевой лавры, осужденного на Московском соборе 1554 года за вольнодумство. Бежав в Литву, Артемий стал там главным защитником православия от наступающего протестантизма (лютеранства и социнианства). В своей работе Сергей Григорьевич не просто проанализировал имеющиеся тексты, а воссоздал по крупицам биографию старца Артемия, доказал подлинность его писем и определил их точную хронологию. К октябрю 1905 года рукопись книги (более 420 страниц) была завершена, а в 1906 году работа «Послания старца Артемия (XVI века)» была напечатана в «Экономической типографии» Одессы.
Научная карьера Вилинского складывалась успешно, а личная жизнь ученого сложилась трагически. Его первая жена, Пелагия Иоанновна, скончалась в возрасте 22 лет 15 февраля 1906 года и была похоронена в Одессе на Дмитриевском кладбище. Потерявший мать, трехлетний их сын Валерий воспитывался отцом.
Официальная защита магистерской диссертации С.Г.Вилинским состоялась в начале 1907 года в актовом зале Новороссийского университета. На ней присутствовали не только члены Совета факультета, но и все желающие. Совет единогласно присудил Сергею Григорьевичу ученую степень магистра русского языка и словесности. А вскоре молодой ученый был утвержден в должности экстраординарного профессора (1907), считаясь одним из самых перспективных филологов-медиевистов Российской империи.
С 1909 года Сергей Вилинский стал выполнять в университете еще и обязанности секретаря историко-филологического факультета, совмещая администрирование с активной академической работой, и зарекомендовал себя как эффективный и авторитетный руководитель, что позволило ему в 1912 году занять пост проректора Императорского Новороссийского университета и получить чин статского советника. На этом посту Сергей Григорьевич находился в сложнейший предреволюционный период Российской империи (1912–1917).
Что же касается научной работы, то после защиты магистерской диссертации Вилинский увлекся изучением одного из самых известных переводных памятников на Руси — «Жития святого Василия Нового» (византийский текст X века), куда входили и знаменитые «Мытарства преподобной Феодоры», и подробное «Видение Страшного Суда», сформировавшие представления православных людей о загробном мире. Но текст жития существовал тогда в десятках разночтений греческих, древнерусских и южнославянских рукописей. Никто до Вилинского не пытался свести их в единую систему. Чтобы собрать необходимый доказательный исторический материал, ученый годами работал в крупнейших книгохранилищах империи: в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, изучал рукописи Московской Синодальной библиотеки, запрашивал уникальные списки из монастырей Афона (включая Пантелеимонов монастырь) или лично их посещал, а также штудировал рукописи в Московском главном архиве Министерства иностранных дел…
Труд Вилинского вышел в двух объемных томах под названием «Житие св. Василия Нового в русской литературе» (издан в Одессе в 1911–1913 годах. Часть 1 (1913) содержала историко-литературное исследование. Часть 2 (1911) состояла исключительно из критически выверенных текстов жития на греческом, церковнославянском и русском языках и заняла более 1000 страниц). Таким образом, Вилинский смог показать, как византийский эсхатологический памятник повлиял на древнерусскую культуру, иконографию Страшного суда и летописание (в частности, на «Повесть временных лет»).
В январе 1913 года Вилинский женился во второй раз на акушерке Анне Николаевне Гринман, получив разрешение на венчание от ректора Императорского Новороссийского университета Д.П.Кишенского. Во втором браке детей у него не было.
Защита двухтомного труда «Житие св. Василия Нового в русской литературе» в 1914 году принесла Вилинскому степень доктора русского языка и словесности. А до этого, в 1913 году, Сергей Григорьевич был удостоен Малой Ломоносовской премии Императорской Академии наук за вторую его часть — «Житие св. Василия Нового в русской литературе. Тексты». Как правило, ее присуждали за выдающиеся сочинения в области словесности и истории русского языка. В случае Вилинского ее присудили, во-первых, за беспрецедентный текстологический труд. Ведь наука получила очищенный от вековых ошибок писцов эталонный текст. Во-вторых, за вклад в изучение византийско-русских связей. И в-третьих, за академическую точность. Вся палеографическая и филологическая база тома выполнена была на безупречном для того времени уровне.
С началом Первой мировой войны административная работа проректора Вилинского превратилась в ежедневную борьбу за выживание вуза, так как Одесса стала прифронтовым городом. Медицинский факультет и университетские клиники были переведены практически на военное положение, а многие студенты старших курсов и молодые преподаватели призваны в армию. Под руководством администрации университета в Одессе были развернуты крупные госпитали для раненых, прибывавших с Юго-Западного фронта. Студенты-медики работали там почти круглосуточно. Когда же возникла угроза Одессе со стороны немецко-турецкого флота, администрация во главе с Вилинским разрабатывала экстренные планы эвакуации уникальных фондов университетской библиотеки (одной из лучших на юге России) и лабораторного оборудования вглубь страны. В эти тяжелые годы Вилинский лично курировал сбор средств, теплых вещей и книг для действующей армии, а также организацию помощи семьям отправленных на фронт сотрудников университета.
Пришедший на фоне войны Февраль 1917 года разрушил старую административную систему вуза. В Новороссийском университете, как и везде, началась смена государственной власти: возникали Советы профессоров и студенческие Комитеты, требовавшие полного пересмотра действующих правил. Сергей Григорьевич как назначенец царского правительства в новых реалиях оставаться на посту проректора больше не мог и в 1917 году он оставил административную должность, сосредоточившись исключительно на преподавательской работе. В Новороссийском университете С.Г.Вилинский читал как общие курсы — «Введение в историю русской литературы», «История новой русской литературы», так и специальные — «Русская литература ХVІІІ века», «Русская народная поэзия», «Украинская литература» (1917/1918 учебный год) и др. Одновременно он преподавал русскую литературу и в других учебных заведениях Одессы: на Высших женских курсах (1905–1920), в Сергиевской артиллерийской школе, в 3-й мужской гимназии, в 4-й мужской гимназии, в мужской гимназии А.П.Ровнякова и др. Он являлся также председателем Педагогических советов частных одесских женских гимназий, учрежденных Л.Ф.Байер, О.С. Белен де Баллю, К.Л.Мякенко, О.Г.Шольпом и др. Кроме того, С.Г.Вилинский руководил Историко-филологическим обществом при Новороссийском университете, являлся членом Русского географического общества, Одесского общества истории и древностей, Одесского библиографического общества и Одесского общества изящных искусств.
Наступил 1918 год, а с ним пришло и страшное испытание для Одессы — Гражданская война, с голодом, стрельбой на улицах, а зимой — с отсутствием отопления, но хуже всего, с частой сменой местных властей (белые, красные, австро-немецкие мародеры, французские интервенты). Однако даже в тех условиях Вилинский читал лекции студенческой аудитории. А чтобы выжить, Сергей Григорьевич, как и его коллеги, менял ценные книги и скромное имущество на муку и картофель на знаменитом одесском рынке «Привоз».
А тем временем на захваченных красными землях большевики устанавливали свои порядки, взяв за идеологическую основу атеизм, марксизм-ленинизм и классовую борьбу. Вести с фронта были нерадостными: большевики приближались к Одессе. Отъезд становился спасением.
И Сергей Вилинский в январе 1920 года на пароходе «Владимир» оправился в Болгарию, в Варну, оттуда он переехал в Плевел, где удалось устроится учителем русского языка в женской гимназии, а через год его перевели в Софию, предложив должность учителя латинского языка. Одновременно он заведовал там детским садом Всероссийского союза городов, а также являлся членом специальной комиссии по проверке постановки учебного дела в русской гимназии в Варне (1921). В 1922 году в Софии начались преследования русских эмигрантов, и Вилинского решили перевести в гимназию в Пловдиве. Но Сергей Григорьевич отказался покидать Софию и остался без работы. Через какое-то время ему все же удалось найти место, но не преподавателя, а бухгалтера в частном банке.
Еще в 1921 году Вилинский неожиданно получил приглашение от чешских филологов-славистов Вацлава Вондрака и Станислава Соучека читать лекции по русской литературе в Университете имени Т.Г.Масарика в Брно, а в апреле 1923 года с началом «Русской акции» он был утвержден профессором по контракту, став первым русским профессором этого учебного заведения. В мае 1923 года Вилинский отправляется в Чехословакию, в Брно, и уже через два года также читает лекции по русской литературе и методике преподавания русской литературы и в Русском педагогическом институте имени Я.А.Коменского в Праге. С 1923 года Вилинский состоял членом Русской академической группы в Чехословацкой Республике, избирался ее председателем, принимал участие в организации защиты диссертаций русских молодых ученых, участвовал в Русских академических съездах, проходивших в Праге, Софии, Белграде, публиковался в «Трудах» этих съездов. В июне 1924 года он был избран председателем Брненского отделения Учебной коллегии Комитета по обеспечению образования русских студентов в Чехословакии.
Казалось, все сложилось замечательно, но Сергею Григорьевичу не хватало главного — возможности заниматься научной деятельностью, да и медиевистика, как выяснилось, была здесь не в почете. Поэтому Вилинский решает изменить вектор своих научных интересов и, приспособившись к требованиям страны пребывания, занимается изучением современной русской и болгарской литературы. В результате в брненский период его жизни появились такие работы, как «O literární činnosti M.Jev.Saltykova-Ščedrina» («О литературной деятельности М.Е.Салтыкова-Щедрина», Brno, 1928), «Petko Jur. Todorov. Život a dílo» («Петко Ю. Тодоров. Жизнь и творчество», Brno, 1933), «Národní prvky ve tvorbě I.S.Turgeněva» («Народные элементы в творчестве И.С.Тургенева», вышла в сборнике: Sborník družiny literární a umělecké k padesátým narozeninám p. Emanuela Masáka. Olomouc, 1933). Так, перестав быть исключительно исследователем древнерусской литературы, Вилинский в эмиграции нашел себя и в славистике, и в компаративистике.
В 1939 году Европу накрыла Вторая мировая война и последовавшие за ней геополитические изменения. На оккупированной немецкими фашистами территории Чехословакии был образован Протекторат Богемии и Моравии. Кроме того, оккупационные власти закрыли все чешские высшие учебные заведения, включая Университет им. Масарика в Брно. Оказавшись без работы, профессор Вилинский занимался тихой научной деятельностью дома и исключительно теоретическими вопросами славянских литературных связей. Оккупацию он переживал тяжело: славистика и русистика как дисциплины нацистами не приветствовались, а за деятельностью бывших эмигрантов из России вело надзор Гестапо.
Освобождение Чехословакии советскими войсками в апреле 1945 года, сопровождавшееся зачисткой ее СМЕРШем от белоэмигрантов, совсем не радовало Вилинского, ведь под зачистку попали сотни русских людей: профессора, генералы, бывшие имперские государственные деятели, публицисты. Аполитичный семидесятилетний профессор-затворник зря волновался, он не представлял для контрразведки никакого интереса.
Последующие послевоенные пять лет жизни Вилинского прошли в относительной безопасности, но в глубоком уединении. Отойдя от активных публичных дел, он занимался только приведением в порядок своих филологических трудов и перепиской.
Скончался Сергей Григорьевич Вилинский 15 января 1950 года в Праге. Похоронен на русском участке Ольшанского кладбища.
Источники:
1. Левченко В.В. «Впрочем, я от русской литературы отхожу»: Творческий путь русского литературоведа С.Г.Вилинского в эмиграции // Emigrantica. М.: ИМЛИ РАН, 2024. Вып. 1: Памяти Олега Анатольевича Коростелева / ред.-сост. Е.Р.Пономарев, науч. ред. Е.Р.Пономарев, М.Шруба, ред. М.С.Щавлинский, Д.В.Зайцев. С. 710–728.
2. Соколова В.А. Русские ученые-слависты в Чехословакии между двумя мировыми войнами: 1920–1945 гг.: Био-библиографические материалы к истории русской филологии в эмиграции // Новые российские гуманитарные исследования: электронно-периодическое издание / Институт мировой литературы им. А.М.Горького Российской академии наук. 2009. Т. 4. Дата публикации: 21.12.2009. Дата обращения: 13.09.2026.
В.Р.Зубова