19 февраля 2026 года в Доме русского зарубежья им. А.Солженицына состоялся круглый стол «По золотому узору: жизнь и творчество Бориса Зайцева», приуроченный к 145-летию со дня рождения писателя. Насыщенная программа круглого стола была выстроена как коллективная монография со сквозным сюжетом, а научной интригой стал новый, освобожденный от накопившихся стереотипов и усвоенных шаблонов взгляд на литературное наследие писателя, на его прочтение критикой, на взаимоотношения с современниками. Отметим, что среди восьми докладчиков было пять докторов наук из крупнейших научно-образовательных центров; с докладами выступили и наши коллеги по Дому русского зарубежья.
Круглый стол организовала и провела заведующая отделом культуры российского зарубежья ДРЗ, доктор филологических наук Татьяна Вячеславовна Марченко.
Открыл заседание А.М.Любомудров (Пушкинский дом — ИРЛИ РАН), составитель антологии прижизненных критических откликов о Борисе Зайцеве на протяжении его литературного пути почти в семь десятилетий. Том из известной серии «Pro et contra» только начинает складываться, принося редактору — общепризнанно самому авторитетному исследователю творчества Б.К.Зайцева — находки, открытия и заставляя решать запутанные библиографические головоломки более чем вековой давности. Дискуссия по выступлению Алексея Марковича стала частью дискурса круглого стола: каждый докладчик начинал свое выступления с вопроса к Любомудрову или с уточнения его тезиса.
Два следующих доклада ввели нас в литературно-издательский мир дореволюционной Москвы и эмигрантского Парижа. А.В.Громова (МПГУ) рассказала о первых шагах Бориса Зайцева в периодике, его участии в газетно-журнальных начинаниях, иногда быстро и заканчивающихся. Огорошили выдержки из публикаций Зайцева в дореволюционной периодике — миф о гармоничном и незлобивом, импрессионистически тающем зайцевском письме рухнул прямо на глазах. Д.Д.Николаев (ИМЛИ РАН) еще больше поспособствовал этому крушению, обратившись к текстам Бориса Зайцева на страницах парижской газеты «Возрождение». Твердость, даже жесткость и резкость процитированных строк явили совершенно нового Бориса Зайцева. Его называют православным писателем, каким он и был, но пламень христианской веры вовсе не означает только смиренную кротость, что и было продемонстрировано. Не силуэт писателя, а словно живой, горячо отстаивающий свои убеждения Борис Зайцев явился перед собравшимися.
Силуэт писателя — эта формула сразу заставляет вспомнить критика Ю.И.Айхенвальда. Но на сей раз речь шла не о его критическом портретировании писателя, а о многолетней, оборванной внезапной гибелью критика дружбе. Эпистолярий был представлен И.В.Кочергиной (ИМЛИ РАН): письма Зайцева хранятся в фонде Айхенвальда в РГАЛИ, а вот ответные письма были получены специально для круглого стола из Бахметевского архива (сканы прислали незамедлительно и бесплатно). Остается дождаться публикации этой перекрестной переписки, такой теплой, печальной и очень обаятельной: Юлию Исаевичу писали и жена писателя Вера Алексеевна, и их дочь Наташа, именуемая критиком «маленьким зайчиком». Скрупулезно собрал свидетельства взаимоотношений Бориса Зайцева с Марком Алдановым А.В.Мартынов (НИУ ВШЭ). Писателей столь разных объединяло честное литературное товарищество, столь редкое во все времена. Оба писателя были номинированы на Нобелевскую премию, но были далеки от ее получения; однако, слушая доклад, хотелось вручить им премию мира за гуманизм цеховых (писательских) отношений. Впрочем, это утопия, а не раз упомянутый и процитированный Бунин вносил существенные коррективы в миролюбивый эпистолярный диалог. Третьим собеседником Зайцева на пиру истории оказался на круглом столе А.И.Солженицын. Свой доклад Ю.Е.Павельева (ДРЗ) выстроила очень тщательно, «вписав» как будто известное небольшое письмо «старшего собрата» в развернутую солженициану, остановившись и на литературных произведениях, и на христианской традиции и даже раскрыв связь между идеями Зайцева и наградной формулировкой Нобелевского комитета, увенчавшего Солженицына через два года после проанализированного послания (1970). Аудитория со жгучим интересом вопрошала докладчика, есть ли сопоставительные работы о творчестве двух писателей, невольно открыв большую, еще не исследованную тему.
Доклад В.Т.Захаровой (НПГУ им. К.Минина) сам по себе оказался блестящим литературным шедевром. Раскрывая «импрессионизм мысли» Б.К.Зайцева, специалист по его творчеству из Нижнего Новгорода выбрала только один образ из «Дневника писателя» и показала, как обычная примета русского пейзажа, мельком упомянутая береза, под пером Зайцева становится лейтмотивом, перетекает в центральную тему и вырастает в национальный символ. Борис Зайцев вновь предстал в ореоле привычной гармонии, так что вокруг этой гармоничности разгорелся нешуточный спор (и не стихал и после окончания круглого стола). Образ России, намеченный в докладе Виктории Трофимовны, был описан Е.А.Коршуновой в аспекте «нарративов эмиграции». Исследовательница взяла за основу некоторые картины из фондов ДРЗ, представленные на выставке к 30-летию ДРЗ «Я вернусь отраженьем / Из России в Россию» (кураторы Т.В.Марченко, М.А.Васильева, Д.А.Жмылева), и сопоставила образ России в творчестве Б.К.Зайцева (миниатюра «Родина») с визуализацией образа святой Руси художниками русского зарубежья.
В научном отношении можно говорить об однодневной конференции, настолько глубокими, основанными на новом, впервые вводимом в научный оборот материале были зачитанные доклады. Оживленная дискуссия со всей очевидностью продемонстрировала, каким увлекательным делом является изучение литературы русского зарубежья. Сколько сокровищ еще таят архивы, периодика, сами художественные тексты. Присутствовавшие на круглом столе студенты до его завершения не покидали Малый зал, по окончании подходили с вопросами и особенно потрясенно глядели на экран, когда в разговор вступал П.А.Соллогуб.
Петр Андреевич Соллогуб, внук писателя, присутствовал онлайн, воодушевляя участников и привнося атмосферу непринужденности, непрерывности общения ныне здравствующих исследователей с их вечно живыми героями. Сама природа за окном вовлекала нас в литературный дискурс, вихри снежные крутя и заваливая дороги и скаты крыш. А из Парижа мы слушали домашние воспоминания, и всем собравшимся в зале было по-человечески тепло и радостно. Все, что говорил Петр Андреевич, и то, как он говорил, было уместно, хорошо, и серьезно, и забавно. И совершенно бесценно: ведь это и есть возвращение зарубежной России в свой дом.
После нашего совместного юбилейного конферирования Петр Андреевич Соллогуб написал: «Спасибо за вчерашний круглый стол. Было очень интересно, с приятной атмосферой. Очень радостно, что благодаря таким мероприятиям память о Борисе Константиновиче продолжает жить в России». И прислал свой контакт для издательства, которое собирается переиздавать сочинения его дедушки Бориса Зайцева.
Татьяна Марченко