Шанхайская музыкальная консерватория была основана в ноябре 1927 года. У ее истоков стояли министр образования Цай Юаньпэй и композитор Сяо Юмэй, убежденные в том, что музыкальное образование должно быть доступно каждому. Задачу создания нового национального канона на основе китайской народной музыки и западных методик предстояло решать коллективу, состоящему преимущественно из российских эмигрантов.

В первый преподавательский состав вошли певцы А.М. Томская и Е.Н. Мальцев, а также скрипач Е.П. Антопольский. В следующие годы к ним присоединились скрипачи М. Лившиц и Р.Б. Герцовский, виолончелист И.И. Шевцов, флейтисты А.Н. Печенюк и А.С. Спиридонов, гобоист и дирижер В.В. Сарычев, пианист и композитор С.С. Аксаков, кларнетист А.И. Верник, трубач В.С. Добровольский, пианисты Б.С. Захаров, З.А. Прибыткова, Б.М. Лазарев, В.Н. Костевич, В.А. Чернецкая и Ф.Н. Сахарова. Вокал преподавали Е.М. Левитина, В.Г. Шушлин, М.Г. Крылова, Н.Н. Славянова, П.Ф и Е.И. Селивановы и И.Г. Гравицкая.

К 1935 году половину преподавательского состава составляли эмигранты, большинство из которых играли также в Шанхайском муниципальном оркестре. Журнал «Феникс» в то время писал: «Оставив в стороне излишнюю деликатность, мы с глубочайшим удовлетворением отмечаем, что своим процветанием в большей степени консерватория обязана нашим русским музыкантам, случайно, волею судьбы заброшенным сюда, в далекий Китай» [Хисамутдинов А.А. Русское высшее образование в Китае // Вопросы образования. 2015. №4. C. 286].

Трудно переоценить вклад русских профессоров в становление классической традиции в китайской музыкальной культуре. Особенно ощутимым было влияние С.С. Аксакова, И.И. Шевцова, В.Г. Шушлина и Б.С. Захарова. Под их руководством провинциальные китайские студенты, прежде не знакомые с западной традицией, преображались в профессионалов, что наглядно демонстрировали ежегодные отчетные концерты.

Петербуржец Борис Степанович Захаров (1887–1943), однокурсник и близкий друг композитора Сергея Прокофьева, вскоре после революции 1917 года стал профессором Петербургской консерватории, но гастрольный график его жены, знаменитой скрипачки Цецилии Ганзен, привел пару на Дальний Восток. Сначала Захаров отказывался преподавать фортепиано в Шанхайской консерватории, сравнивая китайских студентов с младенцами. Позднее он охотно включился в педагогический процесс и признавал, что изначально недооценил своих учеников.

Композитор Сергей Сергеевич Аксаков (1890–1968) возглавлял шанхайское отделение Русского музыкального общества, базировавшегося в Париже, а также вел музыкальные разделы в газетах «Слово» и «Шанхайская заря». Он вывел на сцену целую плеяду китайских талантов, ставших впоследствии видными исполнителями, руководителями консерваторий и авторами известных произведений.

Виолончелист Иннокентий Иванович Шевцов (1894–?) преподавал в харбинской музыкальной школе им. Глазунова, прежде чем стать солистом Шанхайского муниципального оркестра. Будучи одним из первых иностранных педагогов Шанхайской консерватории, он впоследствии возглавил ее оркестровое отделение. При помощи собственных оригинальных методик Шевцов воспитал первое поколение китайских виолончелистов, а также опубликовал ряд учебных пособий и новых произведений для виолончели.

Прославленный на Дальнем Востоке оперный бас Владимир Григорьевич Шушлин (1894–1978) пришел в Национальную консерваторию в 1930 году, а в 1934-м возглавил отделение вокала. Глубоко прочувствовав китайскую культуру, он буквально с нуля создал китайскую оперную школу [см.: Хуэй Т. Русский профессор вокала… Казань, 2023].

Помимо академических музыкальных дисциплин, в шанхайской консерватории преподавались китайская литература и поэзия, а также основы республиканского строя. В курс по музыкальной теории и композиции включалась аранжировка фольклорных мелодий. По воспоминаниям С.С. Аксакова, русские педагоги занимались в основном практическими занятиями, в то время как теоретические предметы вели китайские профессора.

Среди студентов консерватории русские фамилии встречались крайне редко. Так, в 1929 году в списке учащихся значились Беликов и Клуге, но позднее абитуриентами становились исключительно китайцы. Для эмигрантов музыкальная карьера была малоперспективна. Аксаков отмечал, что из-за жесткой конкуренции преподавание – практически единственная стезя, открытая русскому профессиональному музыканту в Шанхае.

Дополнительный заработок педагогам приносила публикация учебных пособий. В 1934 году П. Селиванов издал «Музыкальную хрестоматию», в которую вошли лекции, прослушанные им в Санкт-Петербургской консерватории и Придворной певческой капелле. В книге были собраны также биографии известных композиторов-эмигрантов, живших в Европе.

Хотя консерватория так и не стала популярным местом учебы для эмигрантов, она обеспечила работой высококвалифицированных русских педагогов и музыкантов. Их участие в ее развитии способствовало формированию китайской системы классического музыкального образования и прославило шанхайскую школу по всей стране.

В первые восемь лет существования консерватория не имела постоянного здания и переезжала из одного арендованного помещения в другое. В 1935 году завершилось строительство кампуса в новом китайском районе Цзянвань, и консерватория наконец обрела собственный дом. Однако разразившаяся в 1937 году Китайско-японская война заставила учебное заведение вернуться под защиту Французской концессии и продолжать работу в арендованных корпусах.

Лишь в 1958 году Национальная консерватория получила здание по адресу Фэньян лу, 20, ранее принадлежавшее эмигрантскому Еврейскому клубу. Со временем кампус расширился и обзавелся новыми корпусами, но консерватория по сей день хранит верность своим многонациональным истокам и чтит память русских профессоров.